Алексей Остроушко, CIO клиник «Будь Здоров»: Не хотелось бы зависеть от вендоров

Алексей Остроушко: Среди приоритетных направлений развития в настоящее время делаем акцент на решениях с использованием искусственного интеллекта (ИИ) и облачных технологий. В компании на данный момент работают семь различных моделей ИИ, а в части облачных технологий мы используем гибридный подход — сочетание сторонних дата-центров от крупных провайдеров и дата-центров в рамках группы компаний «Ингосстрах». При этом мы держим курс на приоритетное использование частных облаков в собственных ЦОДах.

Так, в рамках группы уже построен один собственный дата-центр, недавно он был запущен. В него будет перенесена часть наших вычислительных мощностей из ЦОДов внешних провайдеров, несколько стоек с оборудованием переезжают уже в 2025 году. А второй общекорпоративный групповой дата-центр планируется запустить в 2027 году. Такой подход обеспечит более высокую безопасность наших данных.

Инфраструктура — одно из наиболее крупных направлений инвестиций у нас сейчас. Ввиду строительства дата-центров это направление также включает довольно крупные расходы на сетевые коммуникации. Кроме того, существенных инвестиций требует обновление парка оборудования, включая серверные решения. При этом помимо обновления парка «железа» и создания своих площадок вложений инфраструктура требует и в связи с тем, что она расширяется. Международный конгресс по anti-age и эстетической медицине — ENTERESTET 2026

А помимо инфраструктуры и искусственного интеллекта, третьим крупным направлением инвестиций являются вложения в сотрудников, формирование и обучение команды. Так как именно люди — основа успеха, и человекоцентричность — одна из ключевых ценностей нашей компании.

Алексей Остроушко: В первую очередь, это связано с ростом нашей сети. Так, в течение 2025 года мы планируем открытие еще 4 клиник сети, и все они нуждаются в оборудовании. При этом сети клиник «будь Здоров» уже 20 лет, часть оборудования закупалась довольно давно, поэтому сейчас инвестиции требуются и для обновления парка. У нас в компании установлены стандарты по срокам использования различной техники, в соответствии с ними, мы каждый год выводим из эксплуатации старое оборудование и приобретаем новое. Частично расширения инфраструктуры требует и развития применения ИИ в компании.

Алексей Остроушко: Здесь я отдельно поговорил бы про программное обеспечение и «железо». Мы постепенно стараемся увеличивать долю решений и того, и другого. Касательно первого, поскольку мы относимся к сфере медицины, где есть лабораторная диагностика, то мы изначально были ближе к отечественному софту, чем в среднем компании не медицинского рынка. Поэтому специализированное медицинское программное обеспечение таких, например, классов, как МИС, ЛИС, мы и ранее использовали российского производства. На уровне системного ПО ещё присутствуют в небольшой степени импортные продукты: так, в одной большой медицинской системе у нас применяется СУБД MSQL. Но в целом на уровне прикладного софта у импортозамещение порядка 80-85%.

На уровне рабочих станций пока у нас около 15% рабочих мест используют российское ПО — операционные системы и офисные пакеты. Полностью мы их не переводим, потому что острой необходимости нет. Касательно серверных операционных систем и виртуальных машин: порядка 30-40% виртуальных машин мы уже перевели на российское ПО. Что касается «железа», пока мы преимущественно продолжаем использовать те же импортные решения, которые использовали и ранее. Альтернативы, которые сейчас есть на рынке, они или слишком дорогие — порядка 200 тыс. рублей за рабочую станцию, или не являются полностью импортозамещёнными, а просто представляют собой ребрендинг известных марок. Поэтому в качестве альтернатив мы, скорее, рассматриваем технику азиатских производителей — она дешевле.

На уровне сетевого оборудования мы в основном используем оборудование Huawei. Это и до 2022 года был известный бренд, а сейчас он просто укрепил свои позиции на российском рынке.

Алексей Остроушко: У нас довольно сильная внутренняя разработка. Есть собственная команда мобильной разработки — мы на это делаем большую ставку, потому что рынок, в особенности маркетплейсы вроде Ozon и Wildberries, приучает потребителя использовать мобильное приложение для всего, а не классическую веб-страницу.

Также у нас также развивается своя разработка медицинской информационной системы, внутренних портальных решений. На рынке есть несколько игроков, предлагающих большие МИС. Но они больше «заточены» под определённые бизнес-процессы, а нам важна гибкость и возможность получать необходимые изменения быстро, а не через несколько месяцев или год. А то и вовсе вендор может отказаться вносить нужные нам изменения.

А с учётом того, что мы сейчас также активно развиваемся по модели франчайзи, вся инфраструктура у нас всё больше уходит во внутренний контур, и не хотелось бы зависеть от вендоров. Таким образом, вложения в разработку у нас большие, и команда будет только увеличиваться в дальнейшем — чтобы иметь максимальную скорость изменений бизнеса - от идеи до внедрения. Это позволяет, в том числе, быть быстрее других медучреждений в реализации многих инициатив, дающих конкурентные преимущества. Например, раньше всех реализовать интеграцию с мессенджером MAX.

При этом важно, что при расширении команды мы не ограничиваемся набором сотрудников в Москве, а охватываем и другие города, включая Владивосток, Екатеринбург, Воронеж и др. Мы стараемся набирать сильных разработчиков по всей России.

Алексей Остроушко: Такого рода сотрудничества у нас сейчас нет. У нас есть ряд подрядчиков, с которыми мы очень плотно работаем. Например, по направлению нерукописного ввода медкарт, когда врач, не используя клавиатуру, наговаривает голосом нужные записи. В подобных проектах мы являемся для разработчиков полигоном для внедрения различных новых моделей, проговариваем с ними, что мы являемся первыми, уникальными и имеем отрыв в полгода, и что цены для нас будут наиболее привлекательные. А потом уже это решение они могут транслировать на открытый рынок. Но также мы смотрим на различные команды с точки зрения перспектив M&A — поглощения, приобретения доли, а также с точки зрения перспектив совместного партнёрства. Мы рассматриваем различные схемы, и сейчас уже с некоторыми поставщиками решений ведутся переговоры, но названия конкретных компаний мы пока не можем афишировать.

Алексей Остроушко: Мы пока «пионеры» в этом плане. Пока всех подробностей мы раскрывать не можем, но могу сказать, что это небольшая компания, которая специализируется на медицинском бизнесе и применении ИИ. Нас привлекла их инновационность и скорость разработки. Такие быстрые компании нас интересуют в первую очередь.

Алексей Остроушко: В своей работе мы применяем все наиболее перспективные на данный момент модели ИИ. В их числе те, которые связаны с системой контроля медицинских карт. В среднем в настоящее время в медицине проверяются 2-5% медицинских карт и протоколов, а 95% протоколов не проходят экспертную проверку, потому что в крупных клиниках, клинических центрах идут очень большие объёмы протоколов и назначений. Классическая система — это выборочная проверка карт, а новая система предполагает обработку 100% протоколов с использованием передовых моделей ИИ. Благодаря этим решениям, производится оценка и анализ протоколов, «подсвечиваются» возможные неточности, а потом, после устранения замечаний, уже врачам на повторную проверку направляются только те протоколы, которые требуют внимания. То есть врач не просматривает «в ручном режиме» все поступающие протоколы с оценкой качества в 70 до 100 баллов. Это позволяет значительно снять нагрузку с медицинского персонала при выполнении рутинных операций.

Модели ИИ, применяемые подобным образом, позволяют достигать высокого уровня контроля качества медицинских протоколов. А дальше уже включаются люди, врачи проходят дополнительное обучение, осваивая для себя новые навыки в работе с моделями искусственного интеллекта, который совершенно точно не заменяет медицинского специалиста, а становится его надежным помощником, снимая избыточную нагрузку.

Второе — система поддержки принятия решений (СППР), когда на основе жалоб, анамнеза и сопутствующей информации ИИ врачу «подсвечивает» предполагаемые диагнозы. В нашем случае речь о нескольких предполагаемых диагнозах. В силу того, что в наших клиниках нет строгих ограничений по времени приема пациента, в рамках комплексного подхода при изучении анамнеза врач сначала применяет свою медицинскую экспертизу при изучении каждого клинического случая, а далее уже система ИИ ему даёт подсказки по диагнозу. И, как показывает наша практика, в некоторых случаях после получения оценки от ИИ врач впоследствии акцентирует внимание на каких-то дополнительных деталях и корректирует свой диагноз.

Третье направление — радиология. Здесь ИИ применяется для анализа снимков рентгена и КТ, он «подсвечивает» на них какие-то патологии. А при наличии системы хранения снимков, таковые обычно есть в крупных компаниях, имеется возможность ретроспективно просмотреть и изучить все снимки, которые были сделаны до этого за несколько лет, и если что-то было на момент проведения рентгена или КТ пропущено, то вызвать пациента снова и пригласить его на дообследование при необходимости. Считаю, что эти три модели ИИ необходимы каждой медицинской организации.

Алексей Остроушко: На мой взгляд, с точки зрения регулирования нет сильных сложностей. В случае с компаниями с госучастием, например, смотрят на регистрационное удостоверение, а средний срок его получения составляет от 2 до 3 лет. Но, допустим, Москва вышла из этой проблемы и применяет экспериментальный режим, что упрощает использование ИИ в деятельности клиник, так как новые технологии и их обновление в этой сфере появляются довольно быстро. Есть регуляторные требования, которые необходимо соблюдать, такие как организация инфраструктуры для хранения и обработки персональных данных пациентов, и понятно, что данные не отправляются ни на какие серверы за границу. Причём даже в отношении анонимизированных данных клиники придерживаются очень строгих стандартов касательно хранения и обработки. Так что существующие регуляторные правила вполне позволяют оставаться на острие технологий.

Алексей Остроушко: Да, когда начались проблемы у известного крупнейшего в стране авиаперевозчика и двух сетей частных клиник, причём достаточно известных, первое, что мы сделали — усложнили работу пользователей, убрали те последние крохи доступа, которые у пользователя были. Теперь подключиться к нам сложнее, но это обусловлено необходимостью усиления безопасности. Конечно, до условного уровня гостайны мы не дошли — то есть не нужно в 100% случаев приезжать в офис, вставлять ключи и работать только из офиса, но мы подключили двухфакторную аутентификацию, усилили шифрованные каналы связи, сменили всем пользователям пароли. В течение двух недель мы активно поработали, впрочем, на этом не остановившись: сейчас мы в очередной раз заказываем проведение для нас пентестов — тестов на проникновение внутрь нашей инфраструктуры.

При всём при этом у нас есть централизованный SOC (Security Operations Center) от нашей «родительской» компании, который нас охраняет в составе «Ингосстраха». Но персональную ответственность за информационную безопасность несёт и руководство дочерних организаций, поэтому мы дополнительно перепроверяем наш собственный периметр.

Важно понимать, что это бесконечная история. Что бы мы сейчас ни сделали, спустя какое-то время понадобится вновь усиливать себя с точки зрения ИБ. Никогда нельзя считать, что данные на 100% защищены. И при желании, достаточном бюджете и упорстве можно «расковырять» любую систему безопасности в любой компании. Тот же упомянутый выше авиаперевозчик — это пример: там явно работают не последние специалисты в области ИБ. Они, конечно, и восстановились после этой атаки довольно быстро, но их опыт продемонстрировал, что никто не застрахован от подобных инцидентов.

Алексей Остроушко: По сравнению с тем, что было ранее — лет 5 назад, сейчас, например, стало намного меньше атак с использованием шифровальщиков. Скорее всего, стандартные средства защиты адаптировались к таким атакам, и сейчас шифровальщиков практически нет. Сейчас, пожалуй, чаще используют такой подход: проникают в инфраструктуру и находятся в ней месяцами, чтобы выкачивать какую-то уникальную информацию из организации. То есть речь о том, чтобы не просто сломать и уничтожить, а получить максимальную выгоду от нахождения внутри инфраструктуры. Полагаю, что и в грядущие несколько лет такой подход будет сохранять свою актуальность.

Алексей Остроушко: Динамика плюсовая — порядка 25-30%, если говорить об ИТ-инфраструктуре, ПО и т. д. А по количеству ИТ-специалистов у нас прирост на 30% год к году. Здесь, конечно, есть и эффект низкой базы. Мы открываем новые клиники, а это влечёт увеличение объёмов разработки и потребность в большем количестве ИТ-специалистов. Рост здесь стимулирует и активное развитие отдельных направлений, таких как, например, мобильная разработка и ИИ. В это в основном средства и вкладываются.

Алексей Остроушко: В Москве уровень проникновения мобильного использования при этом выше, чем в других регионах, — 70-80%. И в целом уже порядка 60% наших клиентов пользуются мобильным приложением для записи на приём в клиники. По нашим данным, это самый высокий показатель среди медорганизаций. Мы считаем важным, чтобы все коммуникации переходили в мобильное приложение, потому что для потребителя это более удобно. И были исследования, что последнее, где люди отключают push-уведомления — это банковские и медицинские приложения.

Алексей Остроушко: В явном виде нет. Но это отразилось на планах открытия собственных клиник с учётом их строительства, поэтому на фоне высокой ставки ЦБ стало активно развиваться направление франчайзи.